Больничко

Трудовые будни среднестатистического меня начинаются в шесть утра. Когда мну просыпается поднимает своё бренное тело собрав воедино и направивши поток Силы на это сложнейшее действие. При этом не просыпаюсь, но вполне удовлетворительно умудряется побриться и зохавать набор органики, которую можно переварить. Органолептические свойства пищи на данном этапе не играют существенной роли в выборе питательного субстрата. Затем мну одевается и выползает на остановочку в поисках мифического транспорта до места дальнейшего бытия. Как правило захожу в местный магазин и беру некий набор еды.

Доехав до места дальнейшей дислокации в обязательном порядке прохожу через приёмное отделение, попутно отбиваясь от попыток использовает мою халявную (не оплачиваемую) рабсилу. Находжу сестру, которая ночью будет на операционной и предлагаю ей сделку. Join the dark side…we have cookies! (с) Предлагаю ей остаться на смотровой, а мне дать ключи от операционной. И только затем подымаюсь в детскую нейрохирургию – на место практики. К этому времени новая смена уже успела переодеться (женский коллектив – смущаюццо при Тео) и в сестринской можно хлебнуть имбирного чаю и позавтракать. Минут через десять-пятнадцать под действием стимулятора (чая) моск наконец-то просыпается и выползает ставить капельницы, делать уколы, менять дренажи, перевязывать оперированных. И так до двух часов дня. Хотя моск и просыпается – это не значит, что он нормально реагирует на реальность и вообще адекватен. Он заметно подтормаживает и вообще с трудом соображает.

В два часа уползаю из нейрохирургии и направляюсь в храм пищи – столовку отделения. Там его кормят и поят. Первым, вторым и компотом с булочкой! Нахаляву! Сие действует на столь хорошо, что в мне просыпается крепко спящее желание спасать чужие жизни. (То есть олкоголеков, бомжей и прочих люмпенов.) Об этом своём решении громко и внятно заявляю на мужской смотровой нейрохирургам и хирургам. Им надо писать истории болезней, заниматься всякой бумажной работой типа статистики и прочей х**ты. Поэтому предложение посылать всех к мне, который обработает они воспринимают очень позитивно. Кройкой и шитьём заниматься весело. Особенно когда пациент неадекватен. =) Сколько раз меня уже обьявляли нацистом-садистом я уже и не помню. =)) Иногда попадаются приличные люди, которым просто сегодня не повезло. К таким отношение намного лучше уже начиная с машины скорой помощи. (Вывод: в больничку пьяным ехать не стоит.) И только придя в операционную наконец-то просыпается моск и начинается его интенсивная деятельность.

Когда концентрация пиздеца люмпенов достигает критичесой точки осторожно высовываю нос из операционной и иду возить больных на обследования. Покидать пределы приёмника не люблю ночью – в больничке темно и страшно, а из темноты доносятся непонятные и загадочные звуки. И дабы никто не пострадал меня не выпускают из приёмника. Вот так вот и вjobываем часов до двенадцати ночи. И в те редкие моменты, когда санитаров больше чем четыре мы делимся на две части. Одна спит с двенадцати до четырёх, вторая – наоборот. Лично я предпочитаю спать вторым, ибо моя физиология более к этому приспособлена. Да и до четырёх обычно хватает битых голов и резаных рук. (Суицидники вообще стёбные люди!)

У меня как-то завелась своеобразная традиция – в четыре часа ночи (иди уже утра) выйти на крыльцо приёмного отделения с большой кружкой чая и потягивая его треть руки о чашку. Смотреть на туманную дымку, поднимающуюся из болотца и слушать песнопения лягушек. Встретить машину скорой помощи и пойти спать\работать. Сам не знаю почему, но как-то вот привязалась такая привычка. Кто-то курить в это время выходит, а я вот чаем)))

Утром, в восемь часов ухожу из приёмника на практику. Ога, сонный и невыспавшийся. К детям. Ставить капельницы, делать уколы…

Close Bitnami banner
Bitnami